Ella (mi_ze) wrote,
Ella
mi_ze

Categories:

Про Карину

О, это я сегодня уже третий пост пишу. Трудолюбивая, однако!

Карина - это маленькая девочка. Одна из тех, с кем я работала няней.
О работе по специальности, понятное дело, мне пришлось забыть еще в Израиле. Не могу сказать, чтобы я от этого очень страдала, моя специальность была далека от призвания. Мы с детьми сразу договорились, что они работают, сколько нужно, а двухлетнюю Соню, пятилетнего Гришу и хозяйство я беру на себя. Миша бычно задерживался до двух ночи, а Рена приезжала из другого города в девять вечера - но за детей они были спокойны.
К переезду в Канаду внуки подросли, и я решила искать работу. Многие мои подруги говорили, да и сейчас говорят, что они согласны на любую работу, только бы не сидеть с детьми. Но мне дети в тягость никогда не были. Еще в пятилетнем возрасте я заявляла, что хочу быть воспитательницей в детском саду. А в пионерском лагере по вечерам укладывала своих сокамерниц спать, подтыкала одеяла и рассказывала им сказку на ночь.
Так что я решила искать работу няни.
Вначале я ездила на работу, но вскоре стало понятно, что без меня дома не обойтись, и родители стали приводить подопечных к нам. Тем более, у нас к тому времени появился дом и большой двор, где ребенок почти весь день мог быть на свежем воздухе. Восьмилетняя Соня мне помогала, после школы немножко играла с ребенком, за что получала вознаграждение - доллар, кажется, в час. А пока ребенок днем спал, я могла заняться домашними делами.
Но это было позже, а к Карине я еще ездила, и довольно далеко.
В первый раз Карину я увидела случайно. Они с мамой пришли по какому-то поводу к моим знакомым. Такая крошечная девочка лет двух с тугими темнорыжими кудряшками, яблочной кожей и синими фарфоровыми глазами. Совершенно открыточная. И вдруг эта малышка что-то сказала несколькими красивыми законченными предложениями.
- Сколько лет вашей девочке? - удивилась я.
- Четыре, она уже в школу ходит.
Через несколько месяцев я нашла работу. Та самая мама, которую я тогда видела, высокая молодая женщина с ослепительной улыбкой, москвичка, работает в агентстве по продаже билетов на самолет. Двое детей, четырехлетняя открыточная Карина и ее восьмимесячная сестричка. Я должна была, пока младенец спит, приготовить немудрящий обед, потом пойти с коляской в школу, забрать старшую, накормить их и заниматься, пока мама не вернется с работы.

Мама Карины рассказала, что сразу после зимних каникул они должны пойти к психологу, уже есть направление из школы.
Учительница уверена, что Карина не справляется с программой и ее надо перевести в школу для умственно отсталых детей. По программе к концу полугодия четырехлетние дети должны научиться писать свое имя и узнавать количество предметов до пяти. Весь класс умеет, одна Карина не может написать хотя бы первую букву. Она не узнаёт даже один предмет. Она может посреди урока встать и пойти по классу или вовсе выйти в коридор. Да она и ростом в два раза меньше других учеников.
- Мы уже брали учительницу математики, она тоже не смогла ничему научить - вздыхает каринина мама. Наверное, придется переводить ее в эту школу. Боюсь только, это далеко.

Вскоре, гуляя с девочками, я встретила эту учительницу математики.
- Вы теперь занимаетесь с Кариной? Она же умственно отсталая! - подошла ко мне средних лет женщина - я пробовала, ее же ничему нельзя научить!
К тому времени я уже несколько дней за Кариной наблюдала, слушала длинные сказки, которые она заворачивала своим куклам, и по поводу ее слабоумия у меня возникли определенные сомнения.
- А вы в каких классах преподавали? - спросила я
- Я? Я двадцать пять лет проработала в суворовском училище! - гордо ответила она.

Наступили каникулы, и я попробовала позаниматься с Кариной.
Писать что-либо она отказалась сразу. Приступили к математике. Показываю два пальца. -Карина, сколько пальцев?
Карина скучно смотрит не на пальцы, а мне в глаза.
- Тыри?
Я молчу.
- Читыри?
Я молчу.
- Ты плохая.

Поговорили мы с ее мамой, и я выяснила, что Карина родилась семимесячной, поэтому она такого маленького роста. Доктор говорит, что девочка догонит в росте сверстников, но позже.
И я подумала - ведь Карина и эмоционально не догнала еще четырехлеток. Она просто не может понять, почему должна делать эти скучные вещи вместо того, чтобы рассказывать куклам интересные сказки.
Девочка-то чудесная! Как можно даже думать о школе для слаборазвитых! Там ее, чего доброго, действительно в такую превратят. Ей бы пойти в школу годом позже, и все было бы в порядке. Но мама ее не из таких.
- Да неужели я ее не сделаю! - думала я.
Короче говоря, я поняла, что единственный способ добиться чего-нибудь от такой девочки - купить ее. И я начала приносить Карине сонины игрушки, из которых Соня уже выросла. А игрушки у Сони были чудесные. Была, например, кошка, обтянутая мягким белым кроличьим мехом. Кошка умела качать головой и махать хвостом.
Были бальные сиреневые клеенчатые перчатки с раструбами. Если нажмешь на раструб, играет музыка. Ну, может ли найтись в мире девочка, которая не согласится за такие перчатки сделать любую работу! А Карина была настоящая девочка.
Я приносила игрушку и говорила:
- Карина, посмотри, тебе нравится? Эту игрушку я тебе оставлю поиграть. (Или подарю - это от Сони зависело). Смотри, я кладу ее в ящик стола. Когда ты красиво напишешь целую строчку буквы К, можешь ее взять и играть.
Бедная Карина вздыхала и садилась писать. А куда денешься? Не отказываться же от таких великолепных вещей!
Таким образом мы всего за неделю выучились писать имя. А с математикой дело было еще проще. Имея в ящике стола такую игрушку, Карина, наконец, начинала смотреть не на мое лицо, чтобы угадать, а на пальцы. Хватило дня, чтобы она сообразила, в чем там дело. Через неделю мы уже лихо прибавляли и отнимали пальцы и другие предметы. А уж когда она поняла, что за это хвалят и восхищаются - дело пошло совсем просто.

Закончились каникулы, мы пошли в школу и встретили ту учительницу математики из суворовского училища.
- Ну что? - спросила она - мучаешься с ней?
- Карина, иди сюда. Сколько пальцев?
- Три!
- А прибавить один?
- Четыре!
- А отнять два?
- Два! - гордо ответила Карина. Она уже давно поняла, что за это хвалят.
- Слушай, да ты волшебница! - сказала мне учительница из Суворовского.
Впоследствии мы с ней подружились и даже оказались из одного города. Это была, действительно, прекрасная учительница - я видела, как она подтягивала старшекласников до нужного уровня.
Но что делать - в суворовском не научишься обращению с нежными четырехлетними девочками.

И зажили мы с Кариной душа в душу. Приходили из школы, обедали, рассказывали друг другу сказки, рисовали. В пять приходила с работы мама и сразу поднималась на второй этаж. кормить малышку. Карина, конечно, лезла обниматься, ее прогоняли, она плакала, и я, жалея девочку, частенько оставалась позаниматься с ней на лишние тридцать-сорок минут. На плате это, естественно, не отражалось - меня же не просили.

Все бы у нас и дальше шло хорошо, если бы не сверхестественная глупость и жадность карининой мамы.
Как-то Карина весь день тревожно прижималась ко мне и все время спрашивала:
- Элла, я хорошая девочка?
- Ну, конечно, очень хорошая! А почему ты спрашиваешь?
Молчит, гулять отказалась.
Приходит ее мама, спрашиваю - в чем дело?
- А! Это я ей сказала, что за окном ходит волк и ест плохих девочек.

Не хочется здесь излагать разные мелочи. Последней каплей был такой случай.
По условиям договора мне должны были оплачивать дорогу. Мы с дочкой как-то решили попробовать, не удобнее ли будет ей за мной заезжать по пути с работы. Оказалось, что неудобно, и я продолжала ездить на автобусе.
Получаю очередной месячный расчет. Я бы не обратила, может, внимания на цифру, но там необычно стояли центы.
- А почему в этот месяц меньше? - спросила я.
- А помните, за вами как-то дочь заезжала? Я за этот день дорогу и не оплатила. Полтора доллара.
Я онемела.
Послушайте! Да какая разница, как я до вас добиралась - на метле или на такси. Дорога должна быть оплачена по договору.
Вы что, не понимаете, что я для вас сделала? Я выучила вашу дочку в две недели чему учительница не могла ее выучить в полгода. Возможно, я ее избавила от школы для слабоумных. Вы представляете, сколько вы должны были бы заплатить частному учителю за это - и без всякой гарантии, что у него получится?
И потом - я частенько задерживалась у вас на полчаса, чтобы дать вам возможность спокойно покормить ребенка. Если вы так скрупулезны в расчетах, что учитываете полтора доллара, почему не оплачивали мне это время?
Я не буду больше с вами работать.
И ушла.
Очень жалко было с Кариной расставаться.
Сейчас она уже школу закончила.



-
-
Subscribe

  • К вопросу о налогах

    Маленький мальчик очень хотел иметь 100 долларов. Он усердно молился Богу, но ничего не получал. Тогда он решил написать Богу письмо и попросить у…

  • Почему мужчины умнее, чем женщины.

    Вот, прислали объяснение по почте. А прекрасная Юля merininen уточнила - см. комменты. Адам и Ева невинно резвились в раю. Пришел…

  • Будущее русского языка

    Может, кто еще не читал. Вообще-то, это давно по сети ходит. Do you live еще, моя старушка? Live и I. Hello тебе, hello! Let it flow over your…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 34 comments

  • К вопросу о налогах

    Маленький мальчик очень хотел иметь 100 долларов. Он усердно молился Богу, но ничего не получал. Тогда он решил написать Богу письмо и попросить у…

  • Почему мужчины умнее, чем женщины.

    Вот, прислали объяснение по почте. А прекрасная Юля merininen уточнила - см. комменты. Адам и Ева невинно резвились в раю. Пришел…

  • Будущее русского языка

    Может, кто еще не читал. Вообще-то, это давно по сети ходит. Do you live еще, моя старушка? Live и I. Hello тебе, hello! Let it flow over your…