May 15th, 2020

Памяти Юны

Два месяца назад ушла из жизни Юна Гумин, Инна Иосифовна Гумин.
В день, когда я узнала, что ее больше нет с нами, я написала о ней коротко.

- Мне многое хотелось бы о ней рассказать. Как смешно мы познакомились. Как я возила ее, уже слабую, в Иерусалим, и старалась выполнить там все ее желания. Как любила приходить к ней в гости и разговаривать.
Но скажу главное.
Юна была, конечно, умницей. Однако, умных много, мало мудрых. За жизнь можно всего-то одного-двух встретить. А Юна была вот именно мудрой.
Она была замужем за великолепным, блестящим, сверкающим человеком. Но я всегда видела, что стержень их жизни - Юна. Была в ней такая тихая сила.
Она была тактичной, доброжелательной, милой. И красивой. Она была настоящей женщиной.
Я любила ее.

И вот уже два месяца мне ее нехватает. Два месяца я ощущаю ее отсутствие, два месяца мне хочется рассказать о ней подробнее.

<lj-cut>

В 2005 году я пришла в Живой Журнал в очень плохом состоянии.
Привела меня в ЖЖ Танечка, моя "крестная". Можно сказать, она вытащила меня в жизнь. В ЖЖ как-то сразу сложился круг общения с людьми, как говорится, моего караса. Некоторые выделялись особенно - Наташа, Юна, Дина, Таня, Моше ощущались, как давно знакомые близкие люди.
Юна стала одной из самых близких Она прекрасно пишет, я часто комментировала рассказы из ее долгой жизни в нелегкое время.
Говорят, стиль - это человек. Какой человек, такие рассказы. Юна по характеру человек веселый, всегда подмечает смешное, охотно смеется шуткам. И ее рассказы о долгой жизни во времена не самые радостные - они не то чтобы веселые, веселого в жизни не так уж много было - но полны удивительно мудрым оптимизмом. У меня на полке стоят две ее книги, третью я получу после окончания карантина.
А Юне нравились мои рассказы, один она даже попросила меня повторить. В общем, мы симпатизировали друг другу.

Лет двенадцать назад обстоятельства сложились так, что по приезде в Израиль я не смогла сразу остановиться, как обычно, в Ашдоде у сестры - два дня у нее гостила большая семья. А видеться с сестрой мне, конечно, хотелось.
И вот мне пришла в голову нахальная мысль. Юна ведь живет в Ашдоде, нельзя ли попроситься переночевать у нее эти два дня?
Должно быть, Юна тоже ощущала меня к тому времени своим человеком, потому что разрешение я получила мгновенно.

Юна - это Инна Иосифовна Гумина. Поскольку в своем блоге она назвала себя Юна, я так ее и называю. Так я познакомилась с ней и с ее мужем Электроном (Электрон - это не псевдоним, а имя, данное ему при рождении).
Тогда, двенадцать-тринадцать лет назад, Юна и Электрон впервые открыли передо мной входную дверь - она, маленькая женщина с сияющими глазами и он, массивный, шумный, веселый, подвижный.
Познакомившись, Электрон сразу заявил: "Сейчас я буду хвастать",- и повел меня на экскурсию по квартире.
От Электрона в доме пожар, сущий пожар. Такой темперамент, столько энергии! Уже много позже я узнала, что он практически в одиночку тащит махину (сам придумал, сам и делает) "Электронный научный семинар" с разделами от физики до социологии и литературы.
Это колоссальная работа. Около шести сотен статей, авторы которых - более трехсот ученых, инженеров и гуманитариев из семнадцати стран мира. Каждую научную публикацию Электрон всегда предварял своим эссе "Представление редактора", кратко и точно формулируя суть статьи.
Между прочим, делалась эта работа бесплатно - Электрон с Юной жили на известную всем израильскую пенсию и занимали деньги на расширение сайта.

Статьи же самого Электрона Юна всегда первой читала и высказывала свои замечания. С полным правом, потому что Юна - кандидат наук по биохимии и вирусологии.

А как замечательно Электрон хвастает! Нет, не семинаром, серьезной работой не хвастают. А вот, например, мебелью. Вся мебель в доме изготовлена им собственноручно и, главное, собственноумно. Во-первых, вся она подгнана под небольшой рост хозяйки. Во-вторых, и это самое интересное, там масса облегчающих жизнь придумок. Например, несколько этажей книжных полок не стоят на прочном основании, как везде, а висят на цепях, прикрепленных к потолку. Это чтобы под ними можно было легко протереть пол. Юнин туалетный уголок над кроватью в спальне, спрятанный за скользящей дверью. Узенькие полочки в самых неожиданных местах, рассчитанные в точности под нужный размер содержимого. Даже немудрящие диваны, стоящие у противоположных стен гостиной, были сделаны один "для женщин", другой "для мужчин" - у них сиденья разной глубины. Много зеркал, зрительно расширяющих пространство, все стеклянные и никелированные поверхности сияют. И все компактно, рационально, удобно, совершенно нестандартно и красиво. И еще - все с учетом ее маленького роста.
А кухня! Немыслимое количество ящиков и ящичков, тоже точно рассчитанные под содержимое.
А продуманное освещение, а удобные полочки, вписанные в разные неожиданные места!
- Обратите внимание - серьезно сказал Электрон - в кухне все сделано под ее рост. Теперь я не смогу с ней развестись - такую маленькую не так просто найти!
Юна тихо улыбалась.

Потом, после чая, мы еще долго сидели. Болтали, рассматривали фотографии их молодежных пеших походов и сплавов по рекам, я листала книги, стоящие на маленькой полочке над компьютером - правильные книги.

Юна и Электрон прожили вместе больше шестидесяти пяти лет. Они были на редкость гармоничной и счастливой парой, а стержнем пары была Юна. Она всегда как бы на втором плане - тихий голос, мягкая улыбка. Но вот она незаметно во-время сменила тему разговора, что-то рассказала, улыбнулась - и понятно, что мир и тепло в доме идут от нее.

Юна прекрасно шила, я видела, как она замечала погрешности в нарядах моих кукол. Настоящая женщина, она любила украшения. Я несколько раз делала бусы для нее, и она всегда им радовалась. Собираясь в Израиль, я брала инструменты на случай починки юниных украшений.
Я старалась зайти к ним несколько раз за приезд. Юна всегда была рада, мы болтали и каждый раз было жалко расходиться.
Привыкшая к широкому кругу друзей, она скучала без общения, но принимать много гостей не позволяло больное сердце. Несколько раз я приводила своих друзей - Наташу, Нелли - поодиночке, чтобы не слишком ее утомлять. Мы старались вывезти ее куда-нибудь хоть раз за мой приезд, она всегда так радовалась. Можно было бы и чаще, но каждый раз все упиралось в отсутствие машины. Хорошо помню одну такую поездку, когда мы с Юной и Нелли сидели на веранде приморского ресторанчика. Юна смотрела на море, я беспокоилась, что ее продует, и вдруг приехала моя племянница и, умница, привезла теплую шаль - так кстати.

Как-то раз Юна сказала, что мечтает поехать в Иерусалим, но здоровье не позволяет.
- А давайте, я с вами поеду, хотите? - спросила я
- Очень хочу!
И мы стали разрабатывать план поездки.
- Что бы вам хотелось там посмотреть?
- Прежде всего, хотелось бы встретиться с интересными людьми, поговорить и послушать. Потом хотелось бы посмотреть непарадный Иерусалим. И парадный. И еще, что успеем.
И я начала продумывать маршрут таким образом, чтобы выполнить все пожелания и при этом не особенно Юну утомлять.
Старый Город - это, конечно, всегда интересно. Но Юна там уже бывала несколько раз лет пятнадцать назад и с мужем и с гостями, а изменений в многовековом Старом Городе вряд ли можно было ожидать. К тому же, там нет транспорта и надо много ходить. Так что Старый Город мы исключили А все остальное вполне можно посмотреть дня за два, не особенно утомляясь.

И вот мы едем в автобусе в Иерусалим.
Дорога в Иерусалим! Бесчисленные повороты, встающие за каждым из них группами белые здания на фоне зелени - и все вверх, вверх...
Много раз я поднималась по этой дороге, и всегда это было праздником. А разделить его с таким понимающим человекам, как Юна - праздник двойной.

От центральной автобусной станции мы на трамвае отправились, прежде всего, в "штаб Наташи". Хотелось отдохнуть от автобуса, поглазеть на иерусалимцев. Ну, и послушать "разговоры", которых так хотелось Юне.
"Штаб Наташи" - мое шутливое название площади на Агриппас недалеко от улицы Яффа. Там русский продуктовый магазин и два кафе с вынесенными на площадь столиками. Наташа в своих прогулках по городу непременно присаживется за один из них. Курит сигаретку, пьет кофе. Если ее нет, можно спросить в кафе - Наташа ая? То есть, была уже? Тебе подробно ответят и передадут все, что она просила. Эта маленькая площадь стоит на перекрестии множества путей. Наташины друзья - а их у нее множество - пробегая по своим делам, непременно присаживаются к ней за столик. Кто на минутку, а кто на часок. Обсуждают массу вопросов - что у кого случилось, какую статью прочли в русских газетах, что завезли в книжный, кто приехал из России, какие новости привез от общих знакомых - да мало ли что. Посидели мы с Юной за этими разговорами часа три. Она очень радовалась общению. А потом пошли смотреть Иерусалим непарадный.

Я люблю непарадный Иерусалим. Его узенькие улочки. Дома, слепленные по мере надобности как ласточкины гнезда.



Юна, как бывалый путешественник, с рюкзачком за плечами. А я по-дамски, с сумочкой.

Здесь - конечно, здесь, где же еще ему быть - знаменитый ресторан "Кенгуру". Вон стрелочка на стенке справа. Его содержит грузинская семья, там на втором этаже грузинская посуда и картины, там подаются замечательные грузинские блюда - но назвали ресторан "Кенгуру".





В Кенгуру все очень вкусно, я как-то раз обедала там по случаю. Но мы туда не пойдем - дорого там.

В этом непарадном Иерусалиме в захламленном дворике можно увидеть вделанную в стену вот такую мозаику.



Здесь мое любимое кафе "Тмоль-Шильшом" (в буквальном переводе "Вчера-позавчера", а в небуквальном "Давным-давно" - это, говорят, цитата из Агнона).
Это студенческое кафе. Здесь можно не только поесть, но и купить или поменять книги, сюда забегают студенты пообедать, а обслуживают официанты из студентов. Некоторые из тех, кого я сюда привожу, недовольно морщатся - что это за кафе, забегаловка какая-то! Но на этот раз я не сомневалась - Юна-то оценит все правильно.
Бродя по закоулкам непарадного Иерусалима, мы изрядно устали и перед расставанием зашли сюда пообедать.



Мой любимый столик с креслом - но он был занят



И мы с Юной нашли другой.



Мне кажется, заметно, как она довольна
Мы полюбовались на интерьер, напились чаю с пирожными и расстались, договорившись встретиться утром, чтобы смотреть Иерусалим парадный.

И вот мы идем по парадному Иерусалиму, который уже как бы не совсем Иерусалим.
Улица Мамилла, парадней не бывает.
 В последние годы здесь был построен тщательно продуманный ансамбль очень дорогих домов, которые покупаются богатейшими евреями мира и используются ими обычно для отдыха.



Улица Мамилла соединяет этот квартал со Старым Городом и выходит прямо к Яффским воротам. Это прогулочная пешеходная улица с дорогими магазинами и кафе.
Я показываю Юне эту улицу, нарядную толпу гуляющих, религиозных и светских





Рассказываю о судьбе старинных зданий, находившихся на месте строительства. Архитекторы приняли замечательное решение - дома были разобраны с указанием номера на каждом камне и после укрепления стен собраны снова.



На фотографиях видны цифры на блоках. По-моему, эти дома очень хорошо вписались в современный интерьер улицы.
Юне было интересно все -  эти разобраные и вновь собраные дом, и люди на улице, и выставка скульптур и картин, всегда разная. Выставки на Мамилле обычно тематические, в этот раз темой были библейские сюжеты.





Работы, в основном, рассчитаны на вкусы покупателей. Были там не только библейские мотивы.
Фотографии выставки опускаю - этот рассказ не о Мамилле. а о Юне.
Вот эта птичка ей понравилась.



Через два часа прогулки по Мвмилле мы устали и зашли в кафе.
Юне все было интересно.
Вот девочки-школьницы забежали после уроков



Солдатки в отпуске у окна с видом на квартал Мамилла


Терраса кафе с видом на стену Старого города



Мы посидели в кафе, отдохнули и поехали обратно в Ашдод. Экскурсия обошлась без эксцессов, Юна была счастлива, а я рада. что доставила ей такое удовольствие.

Когда я бывала в Израиле мы, конечно, виделись. А в остальное время переписывались и обменивались сообщениями. Юна говорила:
Пришлют смешную шутку, думаю - с кем бы поделиться? Только с вами!

Но с течением времени она писала все реже, иногда подолгу не отзывалась.
В 2016 году скончался Электрон, Юна осталась одна. Года через два стало ясно, что жить одной ей  не позволяет здоровье, надо было подыскать круглосуточную метапелет. Дело это нелегкое.
Год назд я приехала в Ашдод, зашла к Юне и расстроилась. Метапелет, ее звали Женя, была женщиной добросовестной, но совершенно невежественной. Очень высокая - низенькая Юна не доставала ей до плеча - она сразу переделала построенную Электроном под небольшой юнин рост кухню так, как ей хотелось. На протесты отвечала: "Да вам ведь ничего делать не надо, вы себе сидите, я и подам, и уберу, а мне так удобнее". Делала все в доме по своему разумению, как привыкла у себя в Молдавии, а умницу Юну искренне считала слабоумной немощной старушкой.
Юна выглядела грустной и на прощанье тихо сказала мне:
 - Что ж, видимо, настал в моей жизни такой этап. Надо приноравливаться, придется соответствовать.

Когда приехала юнина дочка, она сразу уволила Женю, нашла другую метапелет. Но Юне уже недолго оставалось жить.

Хотя Юна почти не могла писать мне в последний год, я очень чувствую утрату в эти два месяца, после ее ухода. Нет-нет, да подумается: "О! Это Юне было бы интересно, надо написать!"
Мне очень повезло, что жизнь свела меня с такими замечательными людьми, с Юной и Электроном.
Светлая память им обоим!


 -